«Историческая миссия Санкт-Петербурга состоит в том, чтобы стать центром сохранения национального культурного наследия и интеллектуального потенциала России», — заявляла Валентина Матвиенко в 2004-м, когда губернаторов у нас еще выбирали. В подписанной ею годом позже «Петербургской стратегии сохранения наследия» подчеркивалось, что «для Санкт-Петербурга культурное наследие имеет такое же значение, как для других регионов природные ресурсы, месторождения нефти и алмазов».
Видимо, жажда быстрых денег меняет концепцию: всемирное достояние представляется избыточным обременением, от которого нужно освободиться.
27 янавря 2011 г. Годовщина снятия блокады. Невский проспект, 68. Охранная зона исторического центра Петербурга — надежно защищенная городским законодательством, как заверяет губернатор Матвиенко Статус «историческое поселение» упоминался в законодательстве РСФСР с 1970 года, в законодательстве новой России — с 2002 г., когда вступил в силу ФЗ № 73 «Об охране объектов культурного наследия». Согласно этому закону, историческим является любое поселение, на территории которого есть памятники; и такой статус предусматривает более жесткий контроль за сохранением не только отдельных памятников, но и за планировкой, застройкой, ландшафтом, соотношением между свободными, озелененными и застроенными пространствами, археологическим слоем. Порядок исполнения этого положения правительство РФ утвердило только в январе 2010-го, обязав согласовывать с Росохранкультурой все одобренные местными властями градостроительные планы и регламенты. В июле прошлого года совместным приказом Минкульта и Минрегиона РФ был утвержден перечень исторических городов — числом 41, включая и Петербург.
Минуло полгода. Но, по словам и. о. руководителя Росохранкультуры Виктора Петракова, из северной столицы к ним на согласование так и не поступило никакой градостроительной документации. Предложений или замечаний по новому порядку согласований также не последовало. И вдруг теперь Валентина Матвиенко обращается с письмом к Владимиру Путину, в котором пытается оспорить июльский приказ.
По мнению Смольного, Петербург не может считаться историческим поселением, ибо лишь четверть его территории приходится на исторический центр, где и так действуют утвержденные местным законом режимы зон охраны. Дополнительный догляд Росохранкультуры объявляется избыточным, если вообще не вредительским — ибо «влечет не только прекращение реализации инвестиционных проектов, но и остановку всей градостроительной деятельности».
«Учитывая, что ни Псков, ни Новгород, ни Москва в перечень исторических поселений не включены, прошу рассмотреть вопрос об исключении Санкт-Петербурга из названного перечня»,— завершает свое послание к премьеру Валентина Матвиенко.
Характерно, что столь важную для судьбы Петербурга инициативу губернатор не сочла нужным вынести на общественное обсуждение. Вопреки декларируемой новой политике, обещаниям учитывать позицию градозащитников и вести с ними регулярные консультации, Смольный в очередной раз показал, что, когда на кону большие деньги, мнение общественности в расчет принимать никто не собирается. Таким же сюрпризом для участников инициированных Александром Сокуровым переговоров стала и подготовленная руководством Петербурга поправка к федеральному закону об охране наследия (предлагавшая разрешить памятники не только реставрировать, но и реконструировать до основания), которую удалось «обезвредить» лишь благодаря поднявшимся по всей стране протестам.
К первому лицу — задом, ко второму — передом
О нынешней челобитной Валентины Ивановны Владимиру Владимировичу тоже стало известно токмо по недосмотру — текст письма оказался в распоряжении газеты «Коммерсант», предавшей гласности его содержание. Шокирующее известие тут же подхватили сотни СМИ, комментаторы едва удерживались в границах нормативной лексики, в сети наиболее распространенной реакцией стали призывы избавить Петербург от такого губернатора.
Запоздало оправдываясь, Валентина Матвиенко обвинила прессу в неверном истолковании содержания ее письма и заверила, что вовсе не против статуса исторического поселения, а просила лишь сузить его границы — оставив в них только исторический центр города. И, мол, Министерство культуры вполне солидарно со Смольным в этом вопросе.
Хотя в ее письме премьеру черным по белому написано: «Прошу рассмотреть вопрос об исключении…» И никакой тут солидарности Министерства культуры не наблюдается. Руководитель подведомственного Минкульту управления Росохранкультуры Виктор Петраков говорит о необходимости распространить статус не на исторический центр Петербурга, а на город в его исторической части. А к ней, помимо центра, относятся и дворцовые пригороды, и Кронштадт, и акватория и фарватеры Невы, и археологические памятники и прочее — все то, что составляет наш объект всемирного наследия ЮНЕСКО.
Однако сберегать Петербург в таких масштабах Валентина Матвиенко, видимо, не желает. В октябре 2009 г. губернатор обращалась к президенту с просьбой подсократить подотчетную ЮНЕСКО территорию. После того как Дмитрий Медведев строго-настрого велел следовать рекомендациям ЮНЕСКО, Валентина Матвиенко оставила надежды найти у президента поддержку в этом вопросе и кинулась за ней к премьеру. Тут, надо полагать, со взаимопониманием все в порядке. Второе лицо не последнюю роль сыграло в многолетней истории продвижения «Охта-центра», и «Стокманн» премьер нахваливает (объект ему не чужой — Владимир Путин, еще будучи вице-мэром Петербурга, входил в консультационный совет немецкой компании SPAG, стопроцентная «дочка» которой и заполучила в 1994 г. здания с участком на углу Невского и Восстания, впоследствии проданные компании «Стокманн» вместе с якобы законно согласованным пакетом проектной документации).
Пустыри и капуста
Вице-губернатор Игорь Метельский, комментируя журналистам послание губернатора премьеру, убеждает: статус исторического поселения потребует пересылки в Москву вагонов документации «даже в случае застройки пустыря на окраине». В Росохранкультуре такие аргументы называют надуманными. Как поясняет «Коммерсанту» начальник отдела регулирования градостроительной деятельности этого ведомства Андрей Никифоров, Росохранкультура будет рассматривать лишь согласованные КГИОП документы в границах утвержденного городским законом историко-культурного опорного плана. Что, по его мнению, позволит жестко контролировать требования к содержанию каждого здания, включая архитектурные решения и даже установку рекламных щитов. «Если бы такой порядок действовал ранее, снос домов на Невском проспекте, скорее всего, был бы невозможен», — полагает господин Никифоров.
Демонстрируемая Смольным забота о будущности пустырей выглядит неубедительно. Прежде всего ввиду отсутствия таковых — если верить Валентине Матвиенко, которая именно отсутствием свободных участков под застройку объясняет необходимость создания намывных территорий. Если же не верить губернатору на слово, а пройтись по городу, оглядев масштабные сооружения последних лет, можно без труда убедиться: инвестор норовит непременно влезть как раз в исторический центр. Тут и готовая инфраструктура, и виды на классический Петербург обеспечивают заоблачную цену на возводимую недвижимость. Так что вовсе не за пустыри ломаются копья, а за Невский, набережные Невы, Васильевский остров, Петроградскую сторону.
— Единственное, чему препятствуют указанные в письме Матвиенко согласования на федеральном уровне, так это беспредельной коррупции в среде чиновников, — убежден руководитель Центра экспертиз ЭКОМ Александр Карпов. — Упомянутые городские законы о режимах охраны ничего не защищают, это просто текст на бумаге. Защищать могут действия людей, наделенных определенными полномочиями. А каковы их действия, хорошо известно. Когда мы три месяца назад начинали диалог с губернатором о градостроительной политике, то сразу констатировали, что чиновники не исполняют свои обязанности. И все три месяца продолжаем это констатировать. Например, на недавней встрече по проблемам сноса зданий, проходившей у вице-губернатора Игоря Метельского, представитель Госстройнадзора нам заявил прямо: в законе написана чушь! — сообщает эксперт.
Минувшей осенью прокуратура выявила коррупциогенные факторы в городском законе о проведении публичных слушаний при осуществлении градостроительной деятельности. А в декабре Городской суд Санкт-Петербурга вынес решение о признании недействующими с момента принятия городские законы «О границах зон охраны…» и «Правила землепользования и застройки», отменив все сочиненное Смольным высотное регулирование в зонах охраны. Причем в решении суда есть прямые указания на осуществленный чиновниками подлог документов, например: «…текст утвержденных Законом Режимов претерпел существенные изменения относительно текста Режимов в составе проекта зон охраны, в отношении которого имеется согласование Росохранкультуры от 22.10.2008 года». То есть уже после того, как закон был подписан федеральным ведомством, в Петербурге его втихаря «дорисовали», обеспечив нужным людям нужные параметры задуманных новостроек. Причем вовсе не на пустырях, а большей частью в престижных районах с отличными видовыми характеристиками.
Ну и на какой такой надежный региональный законодательный щит предлагает нам надеяться губернатор Матвиенко?
Имидж ничто, жажда все
Депутат ЗакСа Алексей Ковалев напоминает, что сейчас проекты планировки и застройки (даже в охранной зоне) не подлежат согласованию с органами охраны памятников. Стройнадзор, который должен контролировать соблюдение законодательства, в том числе в сфере охраны наследия, даже в случаях его прямого нарушения выдает нужные инвестору разрешения. А статус исторического поселения как раз делает обязательной процедуру согласования проектной документации с органами охраны памятников.
— Губернатор, представляющая дело так, будто из-за этого статуса потребуется все документы по любому строительству в городе отправлять в Москву, говорит неправду. Федеральный закон № 73 позволяет, в случае наличия соглашения между федеральным и региональным органами охраны наследия, передать часть полномочий Петербургу. То, что уже сейчас инвесторов зачем-то понуждают самостоятельно везти документацию в столицу, думаю, делается намеренно. Хотят натравить инвесторов на правительство РФ, чтобы премьер изменил свое решение о включении Петербурга в список исторических поселений, — полагает парламентарий.
По мнению Ковалева, городские власти не устраивает позиция Росохранкультуры, препятствующая уничтожению объектов наследия. Послание Валентины Матвиенко премьеру он расценивает как очередной удар по имиджу Петербурга и называет беспрецедентной ситуацию, когда губернатор призывает лишить вверенный ему исторический город такого статуса.
Равняясь на лишенцев, в перечень исторических поселений не попавших, наша градоначальница будто завидует их участи. Во всяком случае, желает для Петербурга такой же, стремясь встать с ними в одном ряду. Чтобы добиться поставленной цели, Валентине Ивановне осталось потрудиться еще немного. Ее «команда молодых менеджеров» пока не достигла тех результатов, что обеспечили фашистские бомбежки в Пскове или градостроительная политика Лужкова в Москве. В результате чего там сохранилось уже менее 55% исторической застройки (показатель, которым руководствуется Росохранкультура при рассмотрении вопроса о присвоении статуса исторического поселения). То, что Петербург пока еще считают достойным такого статуса, — казалось бы, повод для гордости, а не обид. Но, похоже, наш губернатор мечтает о совсем другом городе.
