«День, когда ты выжил: воспоминания о войне в Ираке» (Alive Day Memories Home from Iraq) — так называется фильм Джона Алперта и Элен Гузенберг-Кент, продолживший программу фестиваля проекта FRONTLINE Центра экстремальной журналистики Союза журналистов России «Десять вечеров, которые могут поменять ваше мнение о...»
Эта работа вызвала эмоциональную дискуссию петербургских зрителей, посмотревших киноленту в пресс-клубе «Зеленая лампа».
Тихий американец
Темы, которые подняли авторы фильма, неоднозначны и многогранны. В фильме рассказывается о физических и эмоциональных последствиях войны на примере нового поколения американских ветеранов, вернувшихся с войны в Ираке в числе 27 тысяч покалеченных.
Популярный актер Джеймс Гандольфини (знакомый российскому зрителю по сериалу «Сопрано») выступил в этом фильме в необычном амплуа: по ходу действия он беседовал с десятью американскими солдатами, вернувшимися инвалидами с войны в Ираке.
Каждый из этих десяти людей говорит о том, что теперь может отмечать второй день рождения, поскольку выжить удалось чудом. Рядом с большинством героев — близкие люди, психологи, медики. Все они помогают, насколько это возможно, пережить трудный переход к жизни после войны, приспособиться к новому, посттравматическому состоянию: как физическому, так и психологическому.
«Будут ли у меня дети, и станут ли они любить меня такой? — спрашивает одна из героинь киноленты, и сама себе отвечает: — Думаю, да. Но я ведь даже не смогу держать ребенка на руках...»
«Я никогда себя не жалела, и всем говорю: не жалейте меня, — говорит другая — младший сержант Кристиан, девушка, которой всего 21 год. — Водить машину и танцевать — две мечты, которые я не теряю надежды осуществить». В следующих кадрах она танцует. Протезирование в США дает куда больше оснований для оптимизма и лучшего качества жизни, нежели в нашем отечестве, — признавать это больно, но приходится...
Выжил, что дальше?
В петербургской аудитории речь шла о патриотизме — настоящем, не поверхностном. В числе участников просмотра был человек, брат которого воевал в Ираке в составе американской армии. «Тот, кто сражался и претерпел лишения, там — настоящий герой», — утверждал он.
Зрители с сожалением признавали, что в нашей традиции забывать о тех, кто воевал. Вспоминали о Первой чеченской войне, второй… О так называемых закрытых войнах в Анголе, Вьетнаме, о горячих точках. Говорили о войне в Афганистане — особой теме, серьезной ране, от которой мы долго не избавимся.
— Много лет в нашей стране патриотизм — ругательная тема. Во время Афганской войны я работала в Военно-медицинской академии, и там лежали ребята — практически дети, только вчера из школы вышли. Смотрели мультфильмы, радовались жизни, и вдруг попали туда, где надо кого-то убивать, а они не могут этого психологически, пока не увидят, как рядом погибают такие же ребята. Смотрела на них и понимала: если вернутся на войну — обречены на перемену участи, — считает Лариса Киселева. — А что мы, окружающие, могли? Один раз в три месяца сдать кровь… Страшно, когда осознаешь, что тяжкая доля ожидает тех, что вернулись с войны покалеченными. Вот что обидно: так же как секса, у нас на протяжении десятков лет не было инвалидов.
Выжить — это одно, а что дальше? На этот вопрос чаще всего приходится отвечать ценой многих трудностей каждому самостоятельно…
