Смольнинский чиновник оскорбился за Валентину Матвиенко
Первый заместитель председателя Комитета по печати и взаимодействию со средствами массовой информации, почетный адвокат Гильдии российских адвокатов, кандидат юридических наук Воробьев А. В. дал суровый, но справедливый отпор инсинуациям, распространенным депутатом Госдумы от «Справедливой России» Лукьяновой К. А. Буквально чудом избежала суда за клевету бывшая корреспондентка газет «Воздушный транспорт» и «Московский комсомолец», а ныне член комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству! И весь наш народ, в едином порыве, уже практически возмущен: как могла она покуситься на (почти) самое для нас святое — петербургского губернатора?
«Откуда вы ориентируетесь?» 25 июня Балтийское информационное агентство сообщило, что, по мнению Киры Лукьяновой, «Сергей Миронов, в случае его назначения губернатором Петербурга, будет гораздо бережнее относиться к историческому центру города, нежели Валентина Матвиенко» и что «нынешний губернатор разрушает исторический центр Петербурга».
В ответ на это почетный адвокат воспылал гневом, который немедленно проявился в письме, направленном г-же Лукьяновой.
«Безусловно, в соответствии с Конституцией России, Вы вправе беспрепятственно выражать свое мнение, пусть даже ошибочное по сути. Но, как бывшему журналисту, Вам не грех было бы помнить и о том, что распространение любой информации в СМИ не должно нарушать права и законные интересы других лиц. Речь идет, в частности, о праве граждан на получение достоверной, то есть правдивой и не вызывающей сомнение информации… Откуда Вы столь хорошо ориентируетесь в петербургских реалиях, что позволяете себе утверждать о некоем разрушении губернатором Санкт-Петербурга исторического центра малознакомого Вам города? Думаю, Вас спас журналист, передав Ваши слова в третьем лице. В противном случае в самое ближайшее время Вы бы уже держали ответ за клевету в СМИ. И уверен, дело закончилось бы весьма неприятным для Вас приговором суда. А пока, думаю, Вам следовало бы принести извинения Валентине Ивановне Матвиенко и петербуржцам за Ваши инсинуации».
Впоследствии, разъясняя свою позицию, г-н Воробьев заявил, что «депутат пошла самым простым путем для того, чтобы прославиться», что она «позволяет себе безапелляционно рассуждать о том, что происходит в абсолютно чужом для нее городе, не зная, не ведая и не понимая» и что в Петербурге конструктивная критика воспринимается властями. Так, по его словам, «у нас был пример с той же биржей на Васильевском острове, когда именно по указанию губернатора вопрос был решен»…
Сложней, чем йеху Что же, получать достоверную информацию» о происходящем в Петербурге — моя (и не только моя) давняя мечта. Так, может быть, почетному адвокату Воробьеву следовало бы начать не с защиты Валентины Ивановны от «инсинуаций», а с того, чтобы предоставить нам эту информацию?
И для начала правдиво и не вызывая сомнений рассказать, кто и когда разрешал и согласовывал строительство биржи, а кто и когда — протестовал против этого строительства. Кто и когда писал запросы, получая от губернатора ответы: мол, все с биржей законно, историческим панорамам ничего не угрожает. Кто подписывал постановления правительства Петербурга о продлении сроков строительства, сорванных застройщиком. Хорошо бы правдиво и не вызывая сомнений рассказать нам, что после «обрезания» биржи над ней, точно так же уродуя панораму Стрелки Васильевского острова, вылезут две высотки комплекса «Финансист», ответственность за строительство которого целиком и полностью лежит на администрации Матвиенко. И наконец, очень хочется, чтобы нам — опять же правдиво и не вызывая сомнений — ответили на вопрос: это правда, что о снижении высоты «Финансиста» речь не идет по той причине, что у застройщиков имеются все необходимые разрешения, подписанные лично губернатором, и при необходимости они достанут их из сейфа?
А еще хочется, чтобы нам рассказали, какой интерес имеют смольнинские чиновники в проектах «Охта-центра», «Балтийской жемчужины», намыве и многих других. Чтобы нам рассказали, связаны ли друг с другом чиновники и коммерсанты, получающие в Смольном «зеленый свет» для своих «инвестиционных проектов», которые потом приходится реализовывать на бюджетные средства. И рассказали еще, какую ответную благодарность получают чиновники за разрешения строить бизнес-центры, гостиницы и элитное жилье в историческом центре, ради чего в Петербурге сносят целые кварталы. Бесспорно, за такую достоверную информацию можно было бы горячо поблагодарить г-на Воробьева…
Что же касается заявлений депутата Лукьяновой, то усмотреть в них клевету, то есть «распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию», можно только при наличии очень развитого воображения (или большого желания заступиться за честь и достоинство градоначальницы). Потому что убедиться в том, что сделала с историческим центром Петербурга питерская администрация, возглавляемая Валентиной Матвиенко, можно, просто выйдя на улицу, прочитав газеты или посмотрев телевизор.
— В суде ответчику, обвиняемому в клевете, — говорит адвокат Юрий Шмидт, — надо доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности. Но в данном случае имеется такое количество публикаций и фактов и такое количество примеров разрушения центра, что доказательство не составляет ни малейшей трудности. Даже Виктору Шендеровичу в его известном процессе с депутатом Абельцевым, которого он назвал «животным йеху», было сложнее — там его противникам еще можно было за что-то зацепиться. А тут хоть полгорода вызывай свидетелями! Смольный пугает депутата Лукьянову судом, которого она счастливо избежала? Да это их счастье, что такого суда не будет! Это было бы прекрасно, если бы такой суд состоялся. На него пришло бы огромное число людей, которые подтвердили бы, что сказанное в адрес Матвиенко — чистая правда. И дело закончилось бы весьма неприятным для губернатора и ее защитников приговором…
Лично мне мнение Юрия Шмидта в этом (и не только в этом) юридическом вопросе представляется более весомым. Хотя Юрий Маркович не почетный адвокат. И даже не кандидат юридических наук.
