Одной из участниц несостоявшегося Марша несогласных 25 ноября 2007 года — Ларисе Британишской отказали в возбуждении уголовного дела по факту возможных противоправных действий сотрудников милиции. Соответствующее решение принял следователь следственного отдела по Центральному району Гулевич. А к постановлению — видимо, для обоснования своего решения — он приложил… интервью Владимира Путина американскому журналу «Тайм», данное 12 декабря 2007 года.
Поедем, бабушка, кататься
25 ноября 70-летняя Лариса Британишская приехала к 12 часам на Дворцовую площадь — напомним, что шествие планировалось начать там. Площадь была оцеплена, а когда она вытащила свои самодельные плакаты с надписями «Коррумпированная власть превратила народ в социальных рабов», «За неотчуждаемость права» и другие — на нее набросились омоновцы, разорвали плакаты, и втолкнули в автобус, где уже находились другие задержанные. Затем автобус приехал к Василеостровскому РУВД, но Ларисе Глебовне повезло — после двухчасового содержания в автобусе ее сфотографировали, записали фамилию, а затем отпустили, даже не составив протокол. Она обратилась в горпрокуратуру — с просьбой дать оценку лишения ее «силовым способом конституционного права на мирные собрания».
Оценку дали — констатировав, что все было законно и никакие права заявительницы не нарушены (было бы непростительной наивностью ждать иного). В постановлении следователя пересказывается переписка заявителей марша (автор этих строк был одним из них) с Комитетом по вопросам законности, правопорядка и безопасности, который упорно отказывался согласовать проведение акции во всех предлагавшихся вариантах. А затем (и это, кажется, первый документ подобного рода) правоохранительные органы излагают официальную версию событий.
Мир глазами серых
«В целях обеспечения общественного порядка и безопасности, а также пресечения правонарушений и преступлений во время возможного проведения в Санкт-Петербурге 25 ноября 2007 года публичного мероприятия «Против монополии на власть», на ул. Маяковскую в соответствии с планами-расчетами… для несения службы были выставлены сотрудники ОМОН ГУВД, а также иные сотрудники ГУВД и УВД Центрального района» (орфорграфия оригинала сохранена).
Уже странно: организаторы заявляли начало акции на Дворцовой площади — с какой стати было ожидать «правонарушений и преступлений» у офиса «Яблока» на улице Маяковского? Почему туда пригнали не только ОМОН, но и автозаки?
«Через несколько минут после начала шествия в организованной группе участников шествия развернули и вскинули флаг с запрещенной символикой. После чего заместителем начальника по руководству нарядами по охране общественного порядка в центральной части города, полковником милиции Карзановым С. Ф. дано указание задержать лиц, имеющих флаг с запрещенной символикой. Остальные митингующие, не обращая внимания на задержания лиц из их группы, продолжали организованное шествие в сторону Невского проспекта. После чего полковником милиции Карзановым С. Ф. дано указание задержать всех лиц, участвующих в шествии, и поместить их в специальные автотранспортные средства».
А вот это уже откровенная неправда. Во-первых, не было никакого шествия. Люди имеют полное право идти по своему городу куда хотят — при этом они шли молча, без лозунгов, плакатов и какой-либо партийной символики.
Во-вторых, те, кто «вскинули флаг с запрещенной символикой», не были «участниками шествия» — провокаторы с флагами и с завязанными лицами выскочили из подворотни дома 44 по улице Маяковского.
В-третьих, не полковник Карзанов, а оппозиционеры потребовали задержать провокаторов. Но вместо этого ОМОН, расталкивая людей, бросился по улице Маяковского туда, где впереди остальных шли лидеры питерского «Яблока» и кандидаты в депутаты Госдумы — чтобы их задержать. А затем начал хватать остальных.
Замечу, что, увидев провокацию, мы все немедленно остановились — и это зафиксировано на видеозаписях, которые потом демонстрировались в судах, большинство из которых оппозиция выиграла
Что касается истории с Ларисой Британишской, то следователь констатировал, что «физической силы в отношении нее сотрудниками не применялось» и что «в медицинские учреждения она не обращалась». И сослался при этом на объяснения заявительницы, данные 11 декабря в прокуратуре Центрального района. В этих объяснениях Британишская сообщала, что омоновцы протащили ее более 30 метров до автобуса и что после этого ее здоровье расстроилось так, что она несколько дней не могла выходить из дома.
И последнее. К постановлению, как уже сказано, приложено интервью Владимира Путина, где он сообщает, что оппозиции во время думской кампании «предоставляли все возможности публично высказать свое мнение, свою позицию на улицах и площадях, но там, где разрешено законом и местными властями». Вообще-то никаких разрешений на это не требуется — в соответствии с Конституцией, и гаранту ли Основного закона этого не знать?
А еще Путин сообщает изумленным читателям «Тайм», что у оппозиционеров «другая задача — не просто продемонстрировать свое мнение, а спровоцировать правоохранительные органы, добиться того, чтобы их задержали, а потом апеллировать к своим сторонникам, но уже не внутри страны, а за рубежом, показывая, что у нас есть проблемы». И что «всем людям, которые имеют отличное мнение от властей, предоставлялась и будет предоставляться возможность высказать свое мнение, в том числе публично», но «они же этого просто не хотят — они хотят пойти туда, куда нельзя, где они нарушают текущую жизнь многомиллионного города».
Теперь уже бывший президент, а ныне премьер, видимо, считает оппозиционеров мазохистами, которых хлебом не корми — дай в кутузке посидеть. Что до возможностей высказать в России свое «отличное мнение от властей», то о них сегодня, как представляется, неплохо осведомлены не только российские граждане, но и читатели «Тайм»…
