Рекламный блок загружается...

Одним из тех, кто приехал в Петербург на Экономический форум, был известный политик и экономист, депутат Госдумы Сергей Глазьев – бывший министр гайдаровского правительства (подавший в отставку в знак протеста против расстрела парламента в 1993-м и ставший яростным оппонентом «радикал-либералов»), в 2003 году – один из лидеров блока «Родина». Накануне форума Сергей Юрьевич любезно согласился ответить на вопросы «Новой газеты».

О Газпроме, который никогда не расплатится с Петербургом

    — Петербургская администрация чрезвычайно гордится своей политикой «привлечения крупных налогоплательщиков»: одна за другой крупные компании перерегистрируются в Петербурге, пополняя тем самым городской бюджет. Правда, они как работали в Сибири, так и работают – в Питере, как известно, нет ни нефти, ни газа. Какова ваша оценка такой практики?
    — Для города это, конечно, хорошо – расширяется доходная база бюджета. Но правильный принцип другой: уплата налогов по месту работы. Предприятия, которые сидят на земле, накладывают определенное бремя – и экологическое, и социальное — на эту территорию. И должны платить налоги в местные бюджеты. Мы много лет бьемся за то, чтобы привязать налогоплательщиков к месту работы, но это не удается: в Кремле считают, что они сами должны решать, кому куда платить налоги. Это ведь дает огромные возможности для манипуляций… У нас были примеры, когда налоги регионов шли в Москву, в Калмыкию, а самый плохой пример – «свободная зона» в Ингушетии, где налоги регионов просто уходили в черную дыру. Хочу надеяться, что в Питере такого не происходит и за счет налогов пришедших к вам компаний производятся инвестиции в социальную сферу.
    — Частично – конечно, производятся. Но есть ярчайший пример противоположного содержания: строительство небоскреба «Охта-центр». Для него придумана такая замечательная схема, когда от 40 до 50% налогов, уплачиваемых компанией «Газпром нефть», возвращается ей в виде целевых субвенций. При этом прокуратура утверждает, что все законно и никто не запрещает выделять бюджетные средства коммерческим структурам в любом размере.
    — Для меня это удивительная новость. Я не думаю, что Газпром — самая бедная компания и нуждается в субсидиях за счет питерского бюджета. Если деньги попали в бюджет – они, как известно, «не пахнут» и вне зависимости от того, кто платил налоги, расходуются на те цели, которые нужны городу. Поэтому принцип «ты мне – я тебе» во взаимоотношениях между государством и бизнесом ведет только к коррупции, безответственности и невежеству. Это дикость, когда налогоплательщик говорит: «Я заплачу налоги, если вы мне вернете часть этих денег на строительство какого-то нужного мне объекта».
    — Но именно это и происходило, когда принимали целевую программу финансирования строительства «Охта-центра»! Представители администрации открытым текстом говорили: это условие, на котором они соглашались зарегистрироваться в Петербурге. А иначе они бы не пришли. И потому мы должны создавать им условия для их бизнеса…
    — Это означает, что те люди, которые так говорили, либо лоббировали частные интересы Газпрома, либо плохо понимали, о чем они говорят. Вообще питерская земля дорого стоит. Получить здесь разрешение на строительство офиса – большая честь для любой компании. А если Газпром действительно построит небоскреб – думаю, что он будет бесконечно долго расплачиваться перед городом за утрату архитектурного облика. И никогда не закроет того ущерба, который это нанесет городу.
    — Да он и не собирается это делать! Там, напротив, заявляют, что город старый, дряхлый, увядший, ему нужна «новая энергетика» и «новая доминанта» в лице 396-метровой газпромовской ба-шни…
    — Мы это уже проходили, когда разрушили историческую Москву и построили проспект Калинина, который назвали «вставной челюстью» старушки Москвы. Облик такого города, как Петербург, невозможно измерить в деньгах, но лучше бы Газпром вообще сюда не приходил, чем приходить с претензией повлиять на облик города столь вопиющим образом. Если это состоится, ущерб, который будет нанесен историческому облику Петербурга, в долгосрочной перспективе намного превзойдет все те материальные выгоды, которые Газпром оставит городу.

Об уровне жизни бюджетников, который будет ухудшаться

    — В Госдуме принят в первом чтении трехлетний федеральный бюджет. Что вы о нем думаете?
    — В этом бюджете ярко видна противоречивость социально-экономической политики правительства. С одной стороны, нам наконец удалось убедить руководителей государства, что нефтяные деньги должны работать на экономику. Идея, с которой «Родина» шла на выборы в 2003 году – изъятие природной ренты, — реализована: сейчас, с ростом экспортных пошлин и введением налога на добычу полезных ископаемых, около 90% доходов от добычи нефти и газа попадает в бюджет. Но никак не решить вторую задачу: заставить тратить эти деньги на социальные нужды. Сперва эти средства расходовали на погашение внешнего долга, хотя можно было бы ставить вопрос о его списании. Потом – отправляли в Стабфонд, по сути – на кредитование военных расходов США в Ираке. Все последние пять лет мы пытались убедить власть расходовать нефтяные деньги на развитие. В бюджете на 2008 год эта задача наконец реализована. Все нефтяные деньги будут работать в бюджете – а это более 2 триллионов рублей. Большая часть их будет потрачена на развитие экономики, на целевые программы…
    — Чем же вы тогда недовольны?
    — Странным образом наша власть забыла о людях: весь риск социально-экономической политики ложится на работников бюджетной сферы. Нам не удалось заставить правительство признать, что приоритетом бюджета должна быть социальная политика. И самое слабое место – зарплата бюджетников. Ее индексация предусмотрена только на 7% в год, зарплата учителей и врачей к 2010 году вырастет в среднем с 6200 до 7500 рублей. Эти темпы роста в точности соответствуют прогнозу инфляции, значит – уровень жизни бюджетников не улучшится. Более того, в относительном выражении он даже ухудшится: сейчас бюджетники имеют зарплату в две трети от средней по стране, а к 2010 году будут иметь только 40%, поскольку средняя зарплата по стране должна вырасти до 20 тысяч рублей.
    — Почему проводится такая политика? Из личной скаредности членов правительства? Или она имеет какие-то неизвестные нам цели?
    — Это происходит в силу морально-нравственной «отмороженности» правительства. Тех, кто работает на государство, в правительстве, видимо, за людей не считают. У нас более половины семей бюджетников имеют доходы ниже прожиточного минимума на члена семьи. Держать впроголодь тех, кто формирует будущее страны, – это отмороженность и невежество. А с другой стороны, это происходит в силу некомпетентного мнения г-на Кудрина о том, что рост зарплаты ведет к повышению инфляции. Это было настолько многократно опровергнуто и учеными, и практикой, что нет смысла специально об этом говорить. Скажу только, что все последние годы денежная масса растет на 40–50% в год, а инфляция при этом падает. И все теории монетаристов, связывающие рост денежной массы с инфляцией, на этом рушатся.

О неразделенной любви народа к Путину

    — Впереди либерализация тарифов на газ и электроэнергию: после этого инфляция вряд ли будет падать, она неминуемо возрастет.
    — Есть риск того, что инфляция выйдет за намеченный предел, поскольку в бюджет закладывается опережающий рост тарифов на газ (25% в год). И только газпромовское руководство знает точно, какие будут тарифы после либерализации с 2010 года. Если правительство не обуздает интересы Газпрома и электроэнергетиков — учителя и врачи к 2010 году будут получать реально даже меньше денег, чем сейчас. При этом мы единственное государство в европейской части бывшего СССР, которое не довело минимальный размер оплаты труда до прожиточного минимума. Прибалтика, у которой нет нефти и газа, Белоруссия, Украина – все давно это сделали. И только наше богатое государство не считает нужным решить эту задачу. Правительство борется с инфляцией, не понимая, что ее главный фактор – не зарплата бюджетников, а злоупотребления монополистов, которым они дают зеленый свет на повышение тарифов до европейского уровня. На достойную зарплату бюджетников якобы нет денег.
    — И на лекарства для льготников денег тоже нет. Почему?
    — Потому, что коррупция и невежество очень тесно связаны друг с другом. Там, где действует принцип личной преданности, там профессионалы, как правило, не остаются. Система рекрутирования кадров по принципу личной преданности ведет к тому, что самостоятельные и профессионально подготовленные люди просто уходят. А дурака наказать нельзя. Потому что если накажешь лично преданного дурака – нарушится принцип функционирования всей системы…
    — Это вы о министре здравоохранения и социального развития?
    — Зурабов создал систему лекарственного обеспечения, которая максимально облегчает внедрение коррупционных схем. В результате деньги тратятся, лекарств не хватает, страдают люди – хотя денег в бюджете достаточно для того, чтобы все сделать грамотно и в полном соответствии с законом.
    — Вас не удивляет, что все те, кто страдает в результате такой политики, все равно поддерживают власть, голосуют за президента и «Единую Россию»? В демократической стране при таких «успехах» оппозиция давно бы пришла к власти…
    — Конечно удивляет. Я когда-то давал прогноз: что будет делать Владимир Путин при переизбрании на второй срок. Он же ничего от народа не скрывал! Уже тогда была на повестке дня и монетизация льгот, и коммерциализация социальной сферы. И когда люди у меня спрашивают – что же такое в стране происходит? — я им отвечаю: но вы же сами за это проголосовали! Но они очень плохо это понимают. Есть какое-то инстинктивное, слепое доверие к верховной государственной власти, присутствующее в нашем сознании. Рационального объяснения этому нет. Это иррациональное, глубинное свойство нашего сознания: верить власти до последнего, пока лоб не расшибешь…

Всего голосов получено: 11.

Рекламный блок загружается...