Сегодня, 27 июля на берегах тихого озера Разлив под Сестрорецком праздник. Там вновь открывается знаменитый шалаш, в котором вождь мирового пролетариата, одетый под финского крестьянина, скрывался от преследований царской полиции. Музей встречает посетителей не только свежей копией ленинского шалаша, но и новыми интересными экспонатами. А также рассказом о семье спасителя Ленина, которого при советской власти в знак благодарности упекли на два десятка лет в лагеря и ссылку, а двоих сыновей, на всякий случай, расстреляли.
Александр Соколов сдувает с Ленина пылинкио статистике, которая велась до 1991 года, с момента появления музея на берегу озера Разлив его посетили более 13 миллионов человек. И в советские годы, и сейчас место, где скрывался человек, изменивший мировую историю, привлекало как россиян, так и иностранцев. Но вплоть до последнего времени Историко-культурный комплекс «В Разливе» переживал тяжелейшие времена.
– За постперестроечные годы коллектив музейщиков полностью поменялся как минимум трижды, – рассказывает директор музея Александр Соколов. – Денег едва хватало на оплату коммунальных услуг и нищенскую зарплату сотрудникам. Лишь в этом году, благодаря помощи спонсоров, нам удалось сделать ремонт и обновить экспозицию. Нам удалось создать семь фигур в костюмах типичных представителей той эпохи. Именно такие люди жили здесь в те дни. Кроме того, посетители смогут увидеть большие портреты участников той исторической драмы. Сотрудники Музея политической истории помогли нам подобрать оригинальные фотографии творцов истории – от императора Вильгельма II до Сталина.
Гвоздем экспозиции на берегу Разлива, безусловно, является тот самый «зеленый кабинет», где были написаны работы, до сих пор пылящиеся на полках библиотек. В советские времена посетители охотно фотографировались на фоне конструкции из сена. Однако, строение было недолговечным. Каждый год сотрудникам музея приходилось возводить шалаш заново. Он делался из отличного сена и обновлялся несколько раз в году. На зиму, дабы сено не гнило, шалаш демонтировали. Технология строительства «зеленого кабинета» передавалась из поколения в поколение. Еще в середине 1950-х годов ее согласовали с московским руководством и не отступали от утвержденных канонов ни на шаг.
Перестройка и начало 1990-х годов самым страшным образом ударили по музею в Разливе. Объект, до сих пор, кстати, являющийся памятником федерального значения, лишился финансирования. А кроме того, стал подвергаться регулярным нападкам вандалов. Удивительно, но факт: с 1989 года ленинский шалаш, словно чучело языческого божества, каждый год сжигали. Сам по себе такой поступок выглядит достаточно символично. Первые поджоги при этом обычно устраивались в конце июля – начале августа. То есть как раз в ту пору, когда Ленин скрывался в Разливе. Именно поэтому в середине 1990-х годов конструкцию из сена сперва перенесли в закрытый павильон, а потом и вовсе перестали возводить. В этом году шалаш появится в Разливе после достаточно длительного перерыва.
– В результате кадровой текучки в 1990-е годы прежняя технология строительства шалаша оказалась полностью утраченной, – рассказывает Александр Соколов. – Поэтому нам пришлось придумывать что-то свое. Мы разработали новый, гораздо более экономичный проект строительства «зеленого кабинета» и договорились с фермером из поселка Нижние Осельки, что каждый год он будет снабжать нас качественным сеном. По нашему проекту, сена для шалаша требуется значительно меньше – две тонны, но сумма, необходимая для его покупки, весьма существенна для музея. Строить шалаш мы решили на железном каркасе. Заказали его у мастеров еще в прошлом году и тогда же закупили сено в первый раз. Привезли его на территорию музея, сложили у павильона, но начать строительство так и не смогли. В ту же ночь вандалы сожгли купленное сено дотла. Я даже в милицию с заявлением об уничтожении имущества обращался, да только никого так и не нашли. Убежден, что поджигали сено вовсе не идейные антикоммунисты, а простые хулиганы. В этом году мы долго разговаривали с местными жителями и, надеюсь, ничего подобного уже не случится. Вообще люди даже рады возрождению музея. Теперь на берегу Разлива, по крайней мере, чище станет.
Тем не менее, в целях безопасности, в этом году построенный шалаш решено обнести забором и не пускать посетителей музея внутрь. Мало ли что.
В небольшом павильоне, кроме больших фотографий и фигур в исторических костюмах, можно увидеть и вещи, которыми пользовался вождь мирового пролетариата на берегу Разлива. У останков кострища лежат топор, чайник, лодка и подушка Ильича. Все предметы кроме лодки – бутафория, не имеющая к Ленину никакого отношения. С плавсредством же связаны сразу несколько интересных историй. Мало кто, например, знает, что в войну лодку, точно так же как и ленинский броневик, спасали от бомбежек, закопав в землю. И совсем уж никто не догадывается о том, что на одного вождя приходятся две лодки с похожей и вместе с тем совершенно разной судьбой.
Дело в том, что в Разливе Ленин скрывался не один, а с соратником – Григорием Зиновьевым. Попасть от сарая рабочего Николая Емельянова в шалаш на берегу озера пролетарские вожди могли лишь по воде. И Ленин, и Зиновьев при этом пользовались отдельными лодками. Прошли годы, и Григорий Зиновьев из вождей Октябрьской революции превратился во врага народа, о котором было запрещено даже упоминать. Его просто удалили из истории о приключениях Ленина в Разливе, указывая в книгах, что скрывался Ильич вместе с каким-то неизвестным рабочим. Обе лодки стали музейными экспонатами задолго до суда над членами троцкистско-зиновьевского блока. На обеих имелись таблички, указывающие, что одним плавсредством пользовался Ленин, а другим его соратник Зиновьев. Вполне понятно, что после расстрела последнего (в 1936 году) лодку с такой табличкой не могли хранить в советском музее и показывать посетителям.
Решение этой проблемы оказалось гениальным. Табличку сорвали и, заменив на «ленинскую», отправили лодку в Москву, в фонды Центрального музея В.И. Ленина. Там она прекрасно сохранилась до сих пор, и сейчас принадлежит Государственному историческому музею. Так что теперь в обеих столицах есть лодки, которыми якобы в одно и то же время пользовался Владимир Ильич. Правда, никто теперь уже не может сказать точно, где – в Москве или в Петербурге находится «настоящая».
И в советские времена, и сейчас музейщики предлагали посетителям Разлива приблизительно одинаковую программу. После осмотра шалаша желающих отправляли к станции Разлив – посетить сарай, на чердаке которого Ленин (и Зиновьев!) прятались до переселения на берег озера. По словам Александра Соколова, программа посещения памятных мест осталась прежней, правда, с учетом требований дня, музейщики несколько изменили ее суть. В шалаше показывают и рассказывают обо всем, что связано с именем Ленина, сарай же, по сути, стал музеем семьи Емельяновых. Развернутая там экспозиция – ярчайшая иллюстрация тезиса о том, что революция подобна богу Сатурну, пожирающему своих детей. Советская власть в нашей стране установилась исключительно благодаря волевым и жестоким указаниям Ленина, спрятанного Емельяновым в Разливе. А его спасителям эта самая власть уготовила совершенно незавидную участь.
– Николай и Надежда Емельяновы, воспитывавшие семерых детей, отдали делу революции все, – рассказывает Александр Соколов. – Эти люди, достойные написания о них книг, во времена СССР были отмечены лишь маленькой заметкой в Большой советской энциклопедии. Еще в начале прошлого века Емельянов получил участок земли, на котором построил два дома и этот самый сарай, укрытый ныне стеклянным саркофагом. Прямо тут он делал винтовки, которые передавал большевистским боевикам. В 1905 году он сам организовал боевую дружину и тогда же познакомился с Лениным. Именно ему Ульянов и Зиновьев доверили свою судьбу летом 1917 года и не просчитались. Позже их спаситель участвовал в штурме Зимнего, кровавом подавлении кронштадтского мятежа, трудился в Наркомвнешторге, наконец, стал председателем Сестрорецкого горсовета и в 1932 году вышел на персональную пенсию. Почетным статусом Николай Емельянов наслаждался недолго. В конце декабря 1934 года в его дверь постучали сотрудники НКВД.
По словам Александра Соколова, Емельяновы попали под первую волну репрессий. 1 декабря 1934 года в Смольном был убит Киров, а уже через две недели начались массовые аресты. Емельянов, состоявший в партии с 1904 года, и его супруга, также партийная с 1907 года, прошли следственный изолятор в Ленинграде, лагеря, и лишь после войны попали в ссылку в Казахстан.
Куда более жестоко власть поступила с их детьми. Из семерых детей Емельяновых репрессивная машина перемолола троих. Первыми под арест попали Александр и Кондратий Емельяновы. Одного как врага народа расстреляли сразу, другого отправили в лагерь и там убили вообще без суда. Как значилось в справке, выданной родственникам, тот самый молодой человек, что в детстве сидел в одном шалаше с Ильичом, получил пулю в затылок при попытке к бегству. Третьего сына Николая Емельянова – Алексея арестовывали дважды: в первый раз он сидел с 1934 по 1947 годы, а затем с 1949 по 1954-й.
Лишь в апреле 1954 года Военная коллегия Верховного суда СССР реабилитировала Емельяновых. Получив возможность вернуться в родные места, они поселились в доме, построенном Николаем Емельяновым. До сих пор там же, у сарая, закрытого саркофагом, живет внучка Емельяновых Нина Александровна. О прошлом своей семьи пожилая женщина вспоминает со слезами на глазах.
Вернувшиеся домой Емельяновы практически нищенствовали. В той самой Большой советской энциклопедии Николай Александрович упоминается как кавалер ордена Ленина. Высшую награду Советского Союза спасителю Ильича вручали в пожарном порядке. В 1956 году СССР посещал югославский лидер Иосип Броз Тито. Верного последователя ленинских идей крайне заинтересовал эпизод из жизни Владимира Ильича, скрывавшегося в шалаше на берегу озера. Вот он и захотел посетить Разлив.
Специально к встрече высокого гостя ленинские места привели в порядок, а Емельянову-старшему торжественно вручили орден Ленина, вернули персональную пенсию, а улицу, на которой стоит знаменитый сарай, назвали его именем. О сыновьях, погибших в сталинских застенках, спасителю Ленина предложили забыть. Другого выбора у него просто не осталось. Умирая, Николай Емельянов один из двух своих домов оставил потомкам, а другой дом, так же как и сарай, в котором прятал Ленина, – музею.
